О мастерской

«Литорина» - это название древнего моря, которое плескалось здесь примерно восемь тысяч лет назад и оставило на берегу половину того янтаря, что мы находим. Нам показалось честным назваться по морю, а не по себе.

Как это было

• 2016Марта Шиманская начинает одна, в пристройке на двенадцать метров, с одним шлифовальным станком и ящиком деревенского сырья. Первый год - почти целиком учёба и брак.
• 2018Приходит Игорь Валуй, ювелир с десятью годами работы по серебру. С этого момента мы перестаём отдавать оправы на сторону и впервые делаем вещь целиком у себя.
• 2020Берёмся за реставрацию. Поначалу из-за того, что заказов на новые изделия стало меньше, а люди начали приносить семейные бусы. Через год это уже треть работы.
• 2022Покупаем свой гранильный станок и перестаём зависеть от чужих мощностей. Нина Козенко берёт на себя нити, замки и всю мелкую работу, из которой складывается долговечность вещи.
• 2024Переезжаем в нынешнее помещение: сорок метров, два окна на север и место, где можно посадить человека за стол и показать ему камень при нормальном свете.
• 2026Десятый год. Осенью сдали перенизанное колье тридцатых годов - самая долгая работа в нашей истории, пять недель.

Кто мы

Марта Шиманская - камнерез. Выбирает сырьё, режет, шлифует, доводит форму и отвечает на вопрос «что из этого куска получится», который в нашем деле стоит дороже всего остального.

Игорь Валуй - оправы. Серебро 925, касты, швензы, пропиловка. Он же чинит фурнитуру, принесённую вместе со старыми вещами, и он же решает, выдержит ли старая оправа перезакрепку камня.

Нина Козенко - реставрация и сборка. Нити, узелки, замки, промывка, подбор зёрен по цвету. Самая неблагодарная и самая заметная через десять лет часть работы: именно от неё зависит, не рассыпятся ли бусы снова.

Почему мы остаёмся маленькими

Около 210 изделий в год - это предел, при котором каждый камень ещё проходит через руки и голову. Можно было бы брать готовые кабошоны партиями и ставить их в типовые оправы: выпуск вырос бы впятеро, и мы потеряли бы ровно то, за чем к нам приходят.

Расти нам некуда и не хочется. Третий мастер появился через шесть лет после первого, и следующего мы будем искать так же долго - янтарь прощает мало, а учить человека на хорошем сырье слишком дорого, чтобы спешить.

О чём просят, а мы отказываем

• Оптовые поставки и работа под чужой маркой. Мы не сможем держать объём, а сорванный срок хуже отказа.
• Янтарь на развес как сырьё. Мы покупаем сырьё, а не торгуем им; мелочь с берега иногда дарим детям, которые приходят с родителями.
• Оценка для продажи, залога или наследства. Мы отличим янтарь от подделки, но бумаг с печатью не выдаём - это другая профессия.
• Работа с камнем неизвестного происхождения, если история вещи вызывает вопросы. Проще отказаться, чем потом объясняться.
• Срочность за доплату. Янтарю всё равно, сколько вы заплатили: шлифовка и доводка занимают столько времени, сколько занимают.

Если вам нужно что-то из этого списка, честнее сказать сразу - и мы говорим. По всему остальному пишите на info@amberloop.cloud или приезжайте; как добраться, написано на странице контактов.